Уржумская центральная библиотека

Н. Н. Арбузова. Из истории города Уржума

2. Город Уржум и русская колонизация в XVII веке

Вятские понизовые уездные города – казанские пригороды Малмыж, Уржум, Яранск и Санчурск – в XVII веке считались пограничными крепостями. Недалеко от них, южнее Камы, от Симбирска до Мензелинска проходила Закамская засечная черта – линия завалов, рвов, засек и укреплений, оборонявшая юго-восточные окраины Руси от набегов ногайских татар, калмыков и казахов.

В понизовые города Московским приказом Казанского дворца назначались воеводы, подчинявшиеся казанским воеводам. В этих городах содержались отряды войск и запасы оружия. Воеводы являлись военными и гражданскими представителями центральной власти в городах и уездах.

Первым уржумским воеводой был в 1602 г. В. П. Головин. Только в первой половине XVII века в Уржуме перебывало около 30 воевод. Воеводы не получали жалованья от казны, а собирали с населения «кормы» (пошлины) на своё содержание и кормы, выплачиваемые при въезде нового воеводы в город и выезде из него.

Сохранились перечисления военных сил г. Уржума 1625, 1631 и 1661-1663 гг. Наибольшее число военных сил было в 1625 году при воеводе Г. Хотунском, а именно: 20 конных служилых дворян – детей боярских, 200 стрельцов с головой и двумя сотниками, 65 наёмных солдат нового строя из иноземцев и 70 служилых людей – новокрещёнов (мари, татар и других нерусских народностей, обращённых в христианство) – всего 358 человек. В 1631 году имелись ещё 3 пушкаря и 3 толмача (переводчика). Упоминаются также воротники (сторожа у ворот крепости) и кузнец. В 1647 году в Уржуме была выстроена новая деревянная крепость, окружённая валом со рвом. К концу XVIII века крепость сгнила вся без остатка, сохранился лишь вал, который был нанесён на плане города 1784 года.

Около крепости находился посад и слобода Светлицы, где жили посадские люди, стрельцы и другие военные люди с семьями. В переписной книге посадских дворов и людей города Уржума 1646 года сказано: «и всего на Уржуме на посаде 9 дворов посадских да 2 двора бобыльских, а в них посадских людей и бобылей 11 человек и их детей 5 человек» (женщины раньше не учитывались). По подсчётам кировского историка А. В. Эммаусского, в средине XVII века в г. Уржуме было до 260 жителей обоего пола, считая служилых людей с семьями, а вместе со стрельцами и их жёнами 660 человек. К 1678 году число посадских дворов увеличилось до 58, но выбыла значительная часть военных людей на службу в другие места.

Все служилые военные люди получали государево жалованье, а дети боярские и некоторые новокрещёны ещё и поместья и земли за службу. Стрельцам – пашенным солдатам давались земельные наделы по возможности вблизи города.

Посадские люди и стрельцы занимались ремёслами, промыслами и торговлей, а также домашним скотоводством и хлебопашеством. Пашни и сенокосы посадские люди брали на оброк в аренду у воевод и земских старост, а выгоны имелись на городской земле около города.

В поминальной книге «Синодик Уржумского Троицкого собора» конца XVII века в числе других упоминаются уржумские и казанские посадские, два садовника) очевидно, были плодовые сады), иконописец и иконник (пишущий и продающий иконы), торговый человек москвитин (москвич) и даже представители крупного московского купечества – именитый гость Шустов и два купца гостиной сотни.

В городе находилось воеводское управление – съезжая или приказная изба с большим штатом приказных людей. Приказные получали от казны жалованье, а иногда и «белые земли», не облагавшиеся налогами, но, не довольствуясь этим, они ещё обогащались путём казнокрадства и взяточничества. В распоряжении воевод имелись также пристава, рассыльщики, приказные целовальники, городовые и тюремные сторожа и палачи. Содержание всех этих людей ложилось тяжёлым ярмом на народ.

Кроме воеводского управления, было ещё земское самоуправление из выборных людей – земского старосты, целовальников, сотников и десятников. Земский староста ведал раскладкой и сбором местных сборов, защищал права и интересы горожан и крестьян перед воеводской и центральной властью и организовывал общественные работы – постройку церквей и тюрем, борьбу с пожарами и т. д.

В XVII веке посадские люди и крестьяне платили государству дань – посошную подать (земельно-имущественный налог с условной единицы – сохи, а с 1648 года с учётом не только земли, но и дворов), заменённую в 1678 году подворной податью. Кроме того, они платили стрелецкие деньги на содержание стрельцов, полоняничные для выкупа пленных, ямские для содержания дорожных станций и ямщиков и различные местные сборы, главным образом, на содержание приказных людей, а также налоги-оброки с промыслов, торгов, сенокосов и т. д.

Марийцы и татары платили ясак пушниной, мёдом, хлебом и деньгами за свои ясачные земли и оброки за рыбные ловли, пчелиные борти, хмельные и сенокосные угодья, звериные и птичьи ловли, так как леса были объявлены казёнными.

Наконец, и русские, и марийцы обязаны были выполнять строительные работы (городовые, дорожные и другие) и нести воинскую повинность – давать ратников (даточных людей) в ополчение.

***

В «Сметном списке за 1631 год» показано, что в Уржуме было около 300 человек разных служилых, главным образом, военных людей. В уезде же числилось тогда «ясачных людей черемисы 1047 дворов, да уржумские же черемисы, которые платят ясак в Казани, 560 дворов, и обоего 1607 дворов». В этом списке ничего не говорится о русских крестьянах.

В 1646 году проводилась подворная перепись русского податного населения мужского пола (поименная) с целью окончательного закрепощения крестьян, происшедшего позже по «Соборному уложению 1649 года».

По этой переписи в Уржумском уезде, кроме города, оказалось 139 дворов с 275 крестьянами и бобылями (безземельными, маломощными). Из этого числа были записаны: 92 двора – 174 человека за Цепочкинским монастырём в его слободке и починках Ключище (Чепаево) и Отари (Крюково); 23 двора – 47 человек за помещиками – Голохвастовым в с. Лебяжье и усадьбе-деревне Ошлани и за братьями Мачехиными в сельце Мачехине-Сардинском; 9 дворов – 12 человек за двумя попами уржумской Воскресенской церкви, пономарём и 3 толмачами в деревнях Буе и Сарде; 15 дворов – 42 человека за подьячими Толмачёвым в деревнях Буе и Сарде и починке Пеньбинском.

При переписи селения, записанные за Толмачёвым, были «отписаны на государя» и вошли в состав Уржумской дворцовой вотчины. В конце XVII века деревня Буй, ставшая уже селом Архангельским, и починок Пеньбинский – деревня Антонково и ещё несколько селений называются дворцовыми. В XVII веке значительная часть земель Уржумского уезда была включена в число дворцовых земель (Уржумская и Лебяжская дворцовые вотчины), все доходы с которых шли на содержание царского дворца, а часть земель – на раздачу служилым людям, монастырям и церквам.

По новой подворной переписи податного населения в 1678 году в уезде числилось: дворцовых оброчных крестьян – 51 двор, монастырских – 121 двор и помещичьих крестьян – только 3 двора. Число людей не было показано. В этой переписи также нет дворов казённых русских крестьян.

А как же происходила колонизация Уржумского уезда русскими крестьянами, бежавшими от крепостного гнёта из Поволжья и других мест? Очевидно, крестьяне поселялись на марийских и свободных казённых землях и наравне с марийцами платили за взрослых мужчин ясак натурой и деньгами (более лёгкий вид подати, чем русские подати) или же селились на дворцовых землях и платили все подати и оброки. Вятские казённые крестьяне, в том числе и марийцы, до половины XIX века назывались ясачными.

Русские крестьяне с. Петровского, основанного до 1648 года, и окружающих его деревень по речке Бую считались ясачными и платили ясак то в Казани, то в Уржуме. В селе и деревнях в 1668 году было уже 120 дворов. Ясачными же были крестьяне д. Тойбечкиной (Табековой) и соседних деревень и починков по р. Варзанке.

В 1668 году ходатайствуют о разрешении платить ясак в Казани вместо оброков Цепочкинскому монастырю бывшие вольные крестьяне деревень Малькова, Крюкова, Чепаева и селений по речке Сику. Эти крестьяне поселились «на чёрном ясачном лесу» марийцев, который они сами расчищали и распахивали, и лишь потом монастырь наложил на них оброки. Просьба крестьян не была удовлетворена, они по-прежнему должны были «пахать на монахов» и платить доходы в монастырь. Зачинщики ходатайства были посажены воеводой в тюрьму, а жёны и дети их отданы приставу, очевидно, как крепостные.

Цепочкинский монастырь был основан в 1624 году на Цепочкинских горах, где был расчищен чёрный лес и построены церковь и кельи, а около него возникла слободка. Монастырь постепенно захватил и получил в XVII веке по царским указам и грамотам воевод земли между монастырём и речкой Варзанкой (на 10 вёрст вдоль реки Вятки и на 4 версты в ширину) и 14 находящихся там деревень и починков с крестьянами.

В 1685 году у монастыря было в слободке и деревнях 70 дворов с 208 крестьянами и ещё 72 двора пустовали. В это время у монастыря имелось в вотчине 1694,5 десятины пашни и 135 десятин сенокосов, на оброке мельницы на речках Сику и Варзанке, а также на оброке и отчасти в вотчине рыбные ловли по реке Вятке от Буйского городища вниз по обеим берегам с озёрами и затоном Аркулем, по реке Бую и Цепочке и по реке Кильмези с притоками и озёрами.

В 1687 году крупнейший вятский Успенский монастырь отобрал у Цепочкинского монастыря в вотчину рыбные ловли по нагонной стороне р. Вятки между Буем и Цепочкой и по этим речкам, а также 65 деревень с 72 дворами. Затем он захватил в вечное владение 12 ясачных деревень и починков с крестьянами: по р. Варзанке с центром в д. Табеково и деревни Володимерову, Бровцыну и Пестову с 83 дворами и 309 крестьянами в них вместе с 946,5 десятины пашни, 319 десятинами леса и 20 десятинами покосов. Успенский монастырь захватил также крестьян и земли монастырские, дворцовые и помещичьи и марийские угодья в разных местах уезда.

На все захваченные земли и деревни с крестьянами, а также рыбные ловли, лесные и другие угодья (в том числе бобровые гоны) Вятский монастырь получает царские грамоты, как на свои старинные вотчинные владения с перепиской из Уржумского уезда в Вятский. Кроме того, он требует ссылки марийцев и новокрещёнов с монастырских земель на другие места.

От притеснений, оброков, взяток и других обид монастырей и недородов многие монастырские крестьяне нищали, бросали дворы и разбегались в поисках лучшей вольной жизни. Иногда половина дворов у Цепочкинского монастыря пустовала. В 1689 году за 72 пустые двора крестьяне «стояли на правеже» в Уржуме. Оба монастыря разыскивали своих беглых крестьян через воеводское управление. Успенский монастырь требовал отправки беглых с верховьев Вятки «на старые житья и тягла» и передачи всего их имущества монастырю.

Между монастырями, крестьянами и марийцами нередко возникали тяжбы из-за спорных земель, кончавшиеся почти всегда в пользу монастырей и сопровождавшиеся иногда жестокими расправами с непокорными. Так, например, марийцев жестоко били батогами в Уржуме за то, что они не давали отводить монастырю спорное Жеребцово поле по р. Бую между речками Падерой и Робачем (около Чама и Вершинят), за которое марийцы «хотели биться до смерти».
Эксплуатация и угнетение трудового народа вызывали борьбу против угнетателей. В крестьянской войне 1670-1671 годов под руководством Степана Разина принимало участие и население понизовых уездов, в том числе и Уржумского, особенно марийское.

 9,694 total views,  30 views today

Pages: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11

Страницы ( 3 из 11 ): « Предыдущая12 3 45 ... 11Следующая »
 
Яндекс.Метрика /body>